klimandreev

Originally posted by drugoi at «Верните выборы, гады!»

Originally posted by becky_sharpe at Пририсовки

Властям европейского союза стоит повнимательней присмотреться к истории СССР. Несмотря на то, что в мире существовало не так много аналогичных ЕС монетарных союзов, 4 случая распада подобных альянсов могут помочь Европе если не в решении своих проблем, то хотя бы в том, чтобы выиграть еще немного времени. Наш «советский» случай как раз из их числа.

Альянсы, союзы и объединения

В принципе процесс распада монетарных союзов можно охарактеризовать 4 основными тенденциями. Во-первых, бегство капитала из «слабых» стран в экономически более «сильные». Во-вторых, распад монетарных альянсов почти всегда рассматривается правительствами стран-участниц как прекрасный повод для того, чтобы наложить целый ряд ограничений на активы граждан. Вторая тенденция зачастую перерастает в контроль и над зарубежным капиталом – что можно выделить в отдельный (третий) тренд. Последняя, и, наверное, самая очевидная тенденция – распад монетарных союзов приводит к недовольству среди рядового населения и усилению градуса авторитарности в госуправлении отдельных стран. 

По сути, формирование валютных союзов датируется 18 веком – одним из первых примеров подобного «единения» можно считать американские колонии Новой Англии 1744 года. Впрочем, назвать подобный союз монетарным в полном смысле этого слова невозможно. Колонии лишь имели “bill of credit” (так называемые «доверительные банкноты»), которые везде принимались по номинальной цене. Первая попытка создания союза в Северной Америке в 1861 году – так же навряд ли может служить реальным прототипом монетарного альянса, даже не смотря на то, что Штаты были первыми кто выпустили единые бумажные деньги. Латинский монетарный союз 1865 года (вопреки обнадеживающему названию) тоже не подойдет в качестве примера для рассмотрения – Бельгия, Франция, Италия и Швейцария просто имели фиксированный курс обмена к золоту и серебру. Аналогичная “стандартизация” была характерна и для Скандинавского монетарного союза 1905 года. 

Лоскутная империя

Однако, если мы перенесемся на 14 лет вперед – то получим первый пример распада полноценного монетарного альянса. Причем не просто монетарного союза, а именно монетарного союза, который имеет характеристики схожие с ЕС (единая валюта, единый монетарный орган управления – Центральный банк, единая процентная ставка и единый обменный курс валюты). Речь идет об Австро-венгерском союзе 1919 года (правда, по некоторым источником датой распада Австро-Венгрии следует считать 1918 год, а по другим и вовсе 1920 год – но в нашем случае дата не столь принципиальна). 

Именно развал Австро-Венгрии представляет собой один из самых ярких примеров поистине грабительских условий обмена старых денег на новые, а также запретов на перемещение капитала. Так, в 1919 году в Австрии заморозили 50% депозитов и перевели их в новые, «штампованные» кроны (то есть новые кроны представляли собой старые со своеобразным штампом) по курсу 1 к 1. Нештампованные деньги вскоре были запрещены. Даже при том у населения осталось много старых крон, которые они пытались обменять на новые деньги или на деньги других стран экс-участниц империи, где все еще принимали прежнюю валюту. Правда, попытки эти носили скорее отчаянный, чем практический характер – власти достаточно жестко ограничили перемещения людей между странами и ввоз валюты.

Уроки Франклина Рузвельта

Достаточно неплохой инсайт европейским властям может предоставить и вторая попытка объединения в Америке 1932-1933 годов. И снова ЕС предстоит поучиться фактическому захвату денег граждан (безусловно, для высшего и всеобщего блага) – новый урок придется брать у г-на Рузвельта. После привязки доллара к новому золотому стандарту и изъятия из обращения золотых монет, некоторые штаты отказались признавать законность произведенной денежной реформы. Формально доллар по-прежнему оставался единой валютой США, но реально произошло введение совершенно новой валюты. 

Ситуация осложнилась еще и тем, что в результате банковского коллапса граждане стали переводить деньги из ненадежных региональных банков в тогда еще вполне благополучный Нью-Йорк. В ответ в некоторых штатах были объявлены банковские каникулы, чтобы предотвратить «переток» денежных средств в финансовую столицу Америки. К инаугурации Рузвельта в марте 1933 года уже 35 (!) штатов объявили подобные каникулы. Кроме того, если доллары все-таки удавалось снять со счета – то перевозить их можно было только в виде наличности – что в шальные 40-ые годы было весьма рисковой аферой. В итоге появился бартер. Для решения проблемы Рузвельт закрыл все банки в стране на 2 недели, чтобы затем постепенно открыть их в разных штатах.

Рублевая зона

Самый близкий нам пример – развал СССР – также рекомендован ЕС к изучению. И снова процесс валютного распада очень напоминал австро-венгерский сценарий: обмен старых денег на новые в очень короткие сроки и на очень жестких условиях. Лимит обмена гражданами в 100 тысяч рублей на человека, особая отметка в паспорте, всего две недели на обмен, проведение реформы в разгар отпусков – СССР на отлично выучил урок по быстрому захвату активов граждан. И все это для того, чтобы отвязать свою денежную систему от центробанков бывших советских республик, которые не только начали проводить эмиссию рубля, но одновременно стали вводить собственные валюты. Однако, путь через «черный ход» – путем создания так называемых «рублевых добавок» - оказался крайне непростым для будущих самостоятельных стран. После денежной реформы российского ЦБ в 1993 году, согласно которой все рублевые банкноты, выпущенные за период 1961-1992,были отменены – «черный ход» был накрепко опечатан. У новоявленных государств не осталось другого выхода кроме как напечатать свои собственные валюты, ведь им жизненно важно было финансировать свои долги. Как итог – гиперинфляция, которая поставила крест на дальнейшем экономическом росте многих из бывших стран-участниц некогда великого Советского союза. 

Дефисная война

И наконец, Чехословакия 1993 года. Пожалуй, самый уместный в нынешней ситуации пример распада. Чехословакия объявила о политическом разделении на Чехию и Словакию, но при этом о временном сохранении валютного союза. Но этой договоренности суждено было просуществовать всего 38 дней. Собственно, валюта – это единственное, что у них осталось общего, ведь экономика, налоги и экономическая политика разделились. Уже 8 февраля и чехи, и словаки решили ввести отдельную валюту, ссылаясь на различные темпы и характер экономического развития. При этом правительства договорились оставить чехословацкую крону в качестве единой валюты. 

Так, в Словакии производительность труда была почти на 10% ниже, чем в Чехии, ВВП на душу населения - на 24% ниже, а зарплаты меньше всего на 2%. Безработица в Чехии составляла 2.6%, тогда как в Словакии она приближалась к 11%. Деньги сразу же хлынули из Словакии в Чехию, чьи экономические перспективы представлялись более оптимистичными. В итоге властям пришлось ограничить снятие денег со счетов, ввести контроль провоза наличной валюты через границу, запретить переводы и, в конце концов, ввести штампы на банкнотах, до боли знакомые тем чешским долгожителям, которые застали распад Австро-Венгрии. Была введена общая учетная единица - крона, при этом обменный курс между кроной и двумя валютами был установлен как 1:1. Правда, очень скоро Словакии понадобилось девальвировать свою валюту. И уже 17 февраля курс чешской/словацкой кроны составлял 80 к 15. 

Вместо послесловия 

Хотелось бы отметить еще пару важных моментов. История, конечно, может и не повторится, но уже сейчас (помимо очевидных проблем Греции, Италии, Испании и других периферийных стран и практически такого же неизбежного дефолта хотя бы первой из перечисленных) в ЕС наблюдаются два из тех трендов, о которых говорилось в начале. В первую очередь это сильнейший отток капитала из слабых экономик альянса. И даже несмотря на все долговые проблемы, фонды, инвестирующие в ЕС, все еще фиксируют приток капитала. Почему? Все просто: львиная доля средств приходится на Германию – самого стабильного участника европейского монетарного союза. И второе - распады валютных союзов часто сопровождаются волнениями или гражданской войной. О выступлениях против «финансового фашизма», которые были зафиксированы уже как минимум в половине стран Европы писать что-то еще не имеет смысла – российские СМИ полноценно освещали все народные волнения в Греции, Испании, Италии и других европейских государствах. 

То, что ЕС сейчас переживает самые трудные времена за всю свою историю – уже не вызывает сомнений. Дальнейшие перспективы Евросоюза во многом будут зависеть от способности адаптировать свои механизмы под разную скорость развития стран-участниц альянса. Вопрос только один – сумеет ли ЕС подстроиться под это обстоятельство и сохранить свое единство? Или же в школьных учебниках по экономической истории уже стоит резервировать отдельную главу под названием «Крах Европейского монетарного союза»?

Татьяна Наумова
http://www.vestifinance.ru/articles/3718

 "Из зоны евро выходит Германия"

В этом случае, по словам Беатрисы ди Мауро (экономический советник канцлера ФРГ) страну ждет "определенный экономический шок". Германский экспорт потеряет часть конкурентоспособности, ведь положительное сальдо торгового баланса с партнерами по еврозоне составляет более 70% от общего показателя. Аналитики прогнозируют мгновенный обвал евро до 0,87 к доллару. Зато воскрешенная немецкая марка может стать значительно дороже. ФРГ больше не придется подрывать свою экономику, спонсируя антикризисные программы и фонды ЕС.

"Из зоны евро выходит Франция"

Пессимистичный прогноз выглядит так: снижение ВВП страны на 10%. Резкий скачок безработицы, среди активного населения она достигает, как минимум 14%. Разгон инфляции, стоимость литра бензина подскакивает (в евро эквиваленте) до уровня 1,9-2. Долговой кризис обостряется, власти режут госрасходы и соцпрограммы, растет социальная напряженность, французы выходят на улицы. Многие экономисты, включая таких авторитетов, как Жак Сапир, возражают: экономика замедлится не слишком сильно, ни о каком падении ВВП на 10% не может быть и речи, "это абсолютно нереальная цифра!" Таким образом, возвращение к франку не станет для Парижа катастрофой, особенно если "отказ от евро будет сопровождаться сотрудничеством между всеми странами бывшей еврозоны – а это легко достижимо". 

"Из зоны евро выходит Греция"

Абсолютно все сходятся в одном - сразу после возвращения к драхме, ее ждет моментальная девальвация. Госдолг раздуется до катастрофических размеров. Страна не может получать финансовую помощь Евросоюза. Дефолт ждет не только государство, но и добрую половину банковской системы и бизнеса. Далее следует стремительное бегство иностранного и частного капитала из республики. Правительство "включает" печатный станок и Грецию парализует галопирующая инфляция. Тем не менее, возврат к драхме все же может иметь и плюсы. Девальвация нацвалюты "позволит избежать дефицита торгового баланса". Что в свою очередь, несколько "разогреет экономику и сократит безработицу". Хаос, связанный со взлетом цен на импортные товары - будет компенсирован за счет расцвета туриндустрии. Эта отрасль номер один, и она сможет обеспечить приток поступлений, поскольку Греция станет дешевым местом отдыха, – считает профессор Университета штата Мериленд Питер Моричи.


полная статья на сайте Вести.ру http://www.vestifinance.ru/articles/3958